Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
04:20 

"Розы красные, фиалки голубые", R, Дарья/Глухарь

Смелым помогают и Венера, и счастливый случай©
Название: Розы красные, фиалки голубые
Автор: vmesto_imeni
Фэндом: Глухарь/Дарья
Рейтинг: R
Варнинг: мат, кроссовер с западным мультиком :D
Персонажи, пейринги: Антошин, Глухарев, Дарья, Джейн (Женя :D ), Карпов, Тарасов, Агапов, Черенков, Глухарев/Дарья
Саммари: POV Антошина, как обычно. Даша не Мэри Сью. Но я не могу спокойно смотреть на глухаревские страдания, когда в другом фэндоме мается дурью его соционический дуал.

От автора: автор страх посеял. Это привет мэрисьюшным фикам, и я точно не знаю, стеб это или нет.


Розы красные, фиалки голубые. Пошла ты на х*й, сука(с) [500] дней с Саммер

1.

О новой следачке мне первым рассказал Коля.

- Я знаю ее, - сказал он мне. – Мы вместе учились в школе.

Мне было глубоко плевать. Все, что я мог – пожать плечами и высказаться в том духе, что новые девки – это всегда хорошо, в любом случае, девки – это цветы жизни. Разве нет, Коля?

Коля жевал язык и грустно улыбался, глядя на наш тухлый осенний пейзаж через заплеванное окно курилки.

- Не знаю, - ответил он. – Она была очень странная в школе.

- А кто не был странным в школе, Коля?

Коля медленно достал сигареты, выковырял одну из пачки заплетающимися пальцами начинающего курильщика, неловко засунул ее в рот, несколько раз вхолостую щелкнул зажигалкой и, наконец, закурил.

Закашлялся. Я молчал, фантазируя о том, что, когда наш дружеский треп подойдет к концу, я выйду отсюда, сяду в машину и поеду домой. Мои уши стремились навстречу словесному поносу Настюхи. И это именно то, как я ощущаю настоящую любовь.

- Ее мать много работала с моим отцом, - выдавил Коля, закончив кашлять. – Она адвокатша. То ли они были друзьями, то ли не были, но, в общем, в детстве мне говорили, что мы с Дашей поженимся, когда вырастем.

Незаметно для Коли, я закатил глаза и облокотился на перила, потому что если Тарасов заводит речь о своем отце, этот разговор может никогда не закончиться и будет исполнен кровавых соплей.

- Из-за этого я боюсь жениться до сих пор, - поморщившись, произнес Коля.

- Она такая страхолюдина? – оживился я.

Снаружи взвыл ветер и прибил к окну гнилой кленовый лист. Коля вздрогнул от неожиданности.

- Она, конечно, не модель, это точно, - с язвительной усмешкой заметил Коля, опустив глаза. – Но дело не в этом.

- А в чем? – спросил я, чувствуя прилив энергии. Я был заинтригован, нет – я практически влип в этого монстра, от воспоминаний о котором у Коли начинал дергаться глаз.

Коля затянулся. Затем он передернул плечами, словно стряхивая ненавистную ношу, и быстро заговорил.

- Ну вот, ее мать – адвокатша. Представь себе Карпова в ярко-розовом костюме и с феминистскими убеждениями. Такой я помню ее мать. А ее отец..., - Коля облизнул губы и нервно хохотнул. – Ее отец – вылитый Агапов.

Я взбодрился пуще прежнего.

- Дочь Карпова и Агапыча будет работать у нас?

Похоже, сегодня Настюхе придется ненадолго заткнуть свой фонтан и послушать, что я ей расскажу.

- Нет, Денис, - ответил Коля, разворачиваясь ко мне со странной смесью веселья и раздражения на лице. – Дочь Карпова и Агапыча будет работать у нас.

Скорей бы это произошло, чувак, скорей бы это произошло. Если девка хоть в половину так сногсшибательна, как можно было подумать, глядя на Колю в тот момент, то я даже не знаю, как смогу смотреть Карпову в прозрачные безжалостные зенки и не усираться со смеху. И я даже не смогу объяснить ему, в чем дело.

- С ее семьей мы виделись довольно редко, - сказал Коля. – Но на моих глазах ее мать разбила о стену два стационарных телефона и один мобильник. И часто, когда кто-то звонил ей, она сразу начинала орать в трубку: «Говорите быстрее! Быстрее, я сказала!».

Я подавил истерический смешок.

- Бл*, - только и мог ответить я.

- А ее отец не мог без разрешения ее матери даже сходить посрать, - добавил Коля. – Он вечно жаловался на своего отца, - дашиного деда, - и хотел зачем-то сбегать в банк. А когда ее мать говорила: «СЯДЬ», на задницу падал даже мой отец.

Я многозначительно повел бровями. Демоническая мощь колиного отца так и не достигла моего сознания, - по мне он был хороший хитрожопый юрист и любитель денег, но никак не тянул на Кракена, которым считал его Коля.

- Вот и все, что я помню о них, - закончил Коля.

- А девка-то, девка-то в кого? – спросил я, пытаясь заглянуть Коле в лицо.

Коля усмехнулся и задумчиво опустил дымящийся окурок в грязную консервную банку.

- Девка..., - произнес Коля. – Она молчала и читала. И считала меня непроходимым тупицей. И снова молчала.

Я поджал губы.

- И ее лицо никогда ничего не выражало. Вообще ничего.

Я понимающе кивнул и опустил руку Коле на плечо.

- Коля, - тихо сказал я. – Тебе надо проще смотреть на вещи.

- Нет, ты не понимаешь, - повысил голос Коля. – Она жила в комнате с мягкими стенами, и возле ее кровати висела картина, на которой была изображена гора человеческих черепов. И я ни фига не шучу сейчас.

Штормовое предупреждение переставало быть предупреждением. В окно заморосил дождь, который легко превращается в ливень или даже в град, поэтому, похлопав Колю по плечу, я застегнул куртку и поспешил к выходу.

Что еще я мог сделать?

tbc



2.

На следующий день я проснулся еще позже обычного, потому что Карпов не разбудил меня традиционным звонком, исполненным утренних п*здюлей. Может быть, он помнил, что сегодня мы с Юрой занимаемся наружным наблюдением, а, может быть, задолбался спрашивать меня, во сколько начинается в отделе рабочий день, и не получать четкого ответа на свой вопрос.

Я позавтракал парой настюхиных оладушек с изюмом, которые удаются ей особенно виртуозно – некоторые хорошо использовать вместо стелек, и, подумав об этом как–то раз, я, конечно, не мог успокоиться, пока не проверил. Так что я знаю, о чем говорю.

– Вкуснотища–то какая, – сказал я, складывая посуду в раковину.

– Я сегодня сделаю еще, – радостно отозвалась Настюха.

В дверях я обернулся и посмотрел, как Настюха неуклюже скачет по комнате, размахивая лифчиком, и подвывает что–то песне на английском языке. Что–то там про сердце. Или про ружье.

Внизу, в машине меня ждал Юра, и вместо лица у него был синяк.

– Юра, – только и мог сказать я.

– Ага, – ответил Юра, и я понял, что он не хочет об этом поговорить.

Покружив по городу полтора часа, наш объект скрылся в павильоне музея современного искусства.

– Пошли, зайдем, – сказал я, слегка толкнув его в плечо, и заметил, как он поморщился от боли.

– Он нас запалит, – тихо сказал Юра.

– Карпов? – со смешком переспросил я.

Юра внимательно смотрел на меня пару секунд, не моргая, словно пытался лучами проникнуть мне в мозг.

– Наш объект, – с расстановкой произнес он, наконец, сверля меня взглядом.

– Он нас запалит, скинет нас с хвоста, запомнит наши рожи, и Карпову придется назначить кого–нибудь другого на эту работу, – ответил я, ощущая странную легкость. – Только не это, чувак, только не это. Я ж сдохну от огорчения.

Юра слабо улыбнулся той частью лица, которая была относительно цела, и скосил глаза.

– Расслабься, может, и не запалит, – подбодрил я его. – А, может, и запалит. Плевать, это не вопрос жизни и смерти.

На выставке мы с Юрой замерли на какое–то время перед скульптурой в виде блюдца, на котором размещена небольшая какашка, похожая на кошачью.

– Говно, – сказал я Юре.

– Памятник нерукотворный, – ответил мне Юра. – Объект еще не ушел?

Я пожал плечами.

– А Карпов не звонил?

Я снова пожал плечами.

– Я звук выключил, – произнес я, разглядывая кусочек дерьма. – Мы в музее, Юра. Кругом культура.

Кругом дерьмо.

Мы следовали за объектом повсюду, какие бы странные места он ни посещал, пока, наконец, не остановились возле дома, где жила его потенциальная подруга.

Мы застыли там, а в час дня Карпов все же позвонил.

– Здорово, Стас, – сказал я. – Ни за что не угадаешь, что я сейчас делаю.

Пару секунд я наслаждался напряженной тишиной и надеялся, что его лицо побагровело.

– Ты следишь за тем хером, за которым я велел тебе следить сегодня до трех часов, – медленно произнес Карпов.

Я самодовольно улыбнулся.

– Не говори, что я не угадал, – добавил Карпов, понизив голос. – Реально, лучше не говори мне этого.

– Да расслабься, Стас, – хохотнув, ответил я. Я почти видел, как он подался вперед, готовый с наслаждением разбить телефонную трубку о мою голову, но облом – меня нет. – Я слежу. Я купил мексиканскую шаверму и ем ее. Все копы в американских фильмах делают это во время наружки.

Он молчал. Стас, ты че – без чувства юмора сегодня? Чувак, отдохни. Воздвигни памятник нерукотворный.

Я выдохнул и прикрыл глаза.

– Стас, все нормально, – сказал я серьезным деловым голосом. – Я слежу за ним. В три сниму слежку, как договаривались, в половину четвертого буду в отделе и побегу прямо к тебе. Теряя тапки. Честно.

В трубке раздались короткие гудки.

Я борзею? Я борзею.


3.

Потом я сидел в висячном кабинете, слушал анекдоты и угощался черенковским обедом. Я никогда не спрашиваю, откуда что берется, потому что боюсь услышать, что Черенков готовит это сам с вечера и утром раскладывает по контейнерам в расчете на себя и еще парочку голодных парней, одним из которых всегда оказывается Агапов. Не хочу этого знать.

– Ничего, что это твой обед? – между делом спросил я, наворачивая его вкусную еду.

– Забудь об этом, – Черенков загадочно улыбнулся, прищурился и откинулся на спинку стула, глядя на меня, как на ничтожество.

Благодаря тому, что я задержался у Черенкова поесть, я смог присутствовать при появлении новой следачки, которая постучалась прежде, чем войти.

Она выглядела безобидной. Маленького роста, худая, в очках, с невыразительным лицом. Взгляд одновременно рассеянный и тяжелый.

– Здравствуйте, – сказала она. – Я Дарья.

Голос низкий, речь замедленная.

Я непроизвольно обернулся, чтобы посмотреть на Колю – и как раз вовремя, чтобы увидеть, как он медленно, словно во сне, встает со своего места.

– Привет, – сказал он, выдавив свою самую любезную щенячью улыбку. – Я Коля Тарасов, помнишь меня? Наши родители общались. Мы вместе учились в школе. И мы играли в детстве.

Речь явно заготовлена, но забылась.

Новенькая сфокусировала взгляд на колином лице и прищурила близорукие глаза.

– И как? – медленно произнесла она, изогнув бровь. – Мы хорошо ладили?

Коля сглотнул и опустил глаза.

– Не очень, – ответил Коля еле слышно.

Губы следачки едва заметно дрогнули, словно она собиралась улыбнуться, но передумала.

– Я пошутила, – изрекла она. – Я, конечно, помню тебя.

Помолчав какое–то время, она добавила:

– Я вообще часто запоминаю ненужные вещи, которые потом мне никогда не пригодятся.

Никто не вмешивался. Коля покраснел.

– Шутка, – отчеканила Дарья.

Коля вымучено улыбнулся.

– Ясно, – сказал он и быстро сел на свое место, словно ему влепили три с минусом и отпустили с миром.

Только когда этот позор закончился, мы – все остальные, – позволили себе познакомиться с ней.

Черенков улыбался так, словно съел свой обед сам.

Ее звали Даша.

Ну да. Я уже говорил.

tbc


4.
Эту неделю Глухарев был на больничном, как и предыдущую. Наматывал сопли на кулак своей матери, которая приехала, чтобы ухаживать за ним и подносить ему плевательницу. На мои звонки он отвечал бодрым веселым голосом, что эта зараза, - болезнь, а не мать, - взялась за него по-настоящему, возможно, он даже умрет.

- Серега хороший, - сказал я Даше в курилке. – Не знаю, какой он начальник, но он хороший друг. Тебе надо с ним подружиться.

Даша разбирала папки прямо на стульях, папок было столько, что до кабинета не донести, и помогать как-то не хотелось.

- Уверена, ему нужен такой друг, как я, - медленно произнесла она басом, не глядя на меня.

Я затянулся и посмотрел в окно. Какое-то время мы молчали.

- А как тебе Зимина? – спросил я, чтобы поддержать разговор. – Я не стукач.

Медленно шевеля пальцами Даша вынимала бумаги из одних папок-кармашков и перекладывала в другие.

- У нас было восемь встреч, и всякий раз она не могла скрыть свою радость от того, что я страшная и не крашусь, - ответила Даша после небольшой паузы.

Я немного растерялся. Не хотелось начинать совместную работу с вранья.

- Да глупости, ты нормальный середняк, - сказал я.

Это была тоже не совсем правда, если честно, она была середняком ближе к «так себе», наверно, это и было «так себе» по моему личному дерьмометру, к тому же носить кеды с формой – изначально плохое решение.

Помню один хрен из сериала, который Настюха качает из инета, говорил другому:
- Ты хороший парень. Хороший парень, который принял плохое решение насчет своих волос. Но все еще хороший парень.

Примерно так это и ощущалось.

- Спасибо, - ответила она, и я не догнал, был ли это сарказм.

Не знаю, почему, но мне казалось, что, в отсутствии Глухарева, я должен быть тем человеком, который сделает что-то, чтобы она лучше влилась в коллектив.

- Давай помогу, - сказал я, наблюдая, как она встает со своими папками.

- Поздно, - ответили мне.

5.

Потом мне было дивное виденье, в котором я сижу в кабинете Карпова и слушаю очередное занудство, исполненное Нас, Команды, Общего Дела и новых бизнес-идей. Я всегда стараюсь пропустить это все мимо ушей, ну за исключением бизнес-идей и фраз, которые начинаются со слов «а ты, Денис...».

- А ты, Денис, по-моему, слушаешь недостаточно внимательно, - понизив голос до угрожающего, сказал мне Карпов.

- Нет, Стас, - ответил я с серьезным сосредоточенным лицом. – Я офигенно внимателен.

Кажется, ему всякий раз обидно. Я еще могу заткнуть свою совесть, но весь этот командный п*здеж – не для меня. Вряд ли я сделаю что-то лучше или хуже из-за этого, просто Стас потратит еще немного нашего времени на очередную пафосную тираду.

- Стас, - сказал я ему не так давно. – Ты в курсе, что ты сентиментален?

- А?

Люблю удивлять этого парня.

- Навязчивая демонстрация наличия моральных принципов сродни сентиментальности, - изрек я. Сука, весь предыдущий день придумывал эту фразу, и, если бы не Дашка, окончание так и не увидело бы свет.

А потом еще Юра спрашивал меня, мол, что это, что ты сказал или сделал, в который раз, почему у шефа опять мигрень, понос и рвота после того, как ты вышел из кабинета.

- Сказал, что он навязчиво сентиментален, - с улыбкой победителя ответил я.

- Навязчиво – это уже очень плохо, это плохое слово, - медленно произнес Юра. – Что там дальше...?

- Сентиментален, - повторил я. – Он мог убить меня прямо там. Но не убил. И если сегодня по дороге домой мне на башку не упадет кирпич...

- То это случится завтра, - перебил меня Юра. – Или послезавтра.

Да, я обожаю истории, которые начинаются со слов: «Я просто поверить не могу в то, что слышу», не могу отказать себе в этом удовольствии.

Но речь о другом. В тот раз, пока мы говорили, в дверь постучалась Даша.

- Сергея Глухарева нет, и Зимина велела отдать эти раскрытые мной дела вам, - сказала она.

- А ты кто? – спросил Карпов, заглядывая в одну из папок.

- Дарья, - ответила она. – Новый следователь.

Карпов поднял на нее глаза, исполненные разочарования, а затем снова уставился в бумаги. Вот, бл*, интересно – он ждал Лару Крофт? Мне захотелось толкнуть его в плечо и сказать, мол, че ты вздыхаешь – туфли надеть, морду накрасить и будет совершенно нормально. *баный эстет.

- Твоя фамилия, - изрек Карпов.

- Вы не захотите это услышать, - ответила Даша. – Прочтите в протоколе.

Карпов повел бровями и перелистнул страницу. Пару секунд он мучительно вчитывался в размашистый дашин почерк.

- Ой-ой, - сказал он, нахмурив лоб.

- Ага, - ответила Даша.

Мне было любопытно, но я решил, что спрошу потом. Карпов не стал озвучивать. Вместо этого он на полминуты погрузился в чтение.

- Ты раскрыла два висяка, Даша, - серьезно сказал он по окончании и поднял на нее глаза.

- Это произошло случайно, - ответила она.

- Никогда больше так не делай, - веско продолжил Карпов.

- Есть, - коротко ответила она. – Буду отключать мозги на входе.

Стас положил папки на стол, откинулся на спинку кресла и сцепил руки на животе.

- Кажется, ты хорошая девочка, Даша, - с издевкой сказал он. – Я Стас. Это Денис.

Повисла небольшая пауза.

- Я Даша, - повторила она.

- Я понял. Ступай, Даша. Мы с Денисом все впитали.

Когда она вышла, Стас подался вперед и оперся о стол.

- Спасибо тебе, Даша, что подкинула Денису говняной, на хрен никому не нужной работы, - сказал он, переводя взгляд на меня.

Когда я вышел, то увидел, что Даша сидит в коридоре на местах для терпил, неподалеку от карповского кабинета.

- Ты что здесь? – спросил я.

- Я думала, что мне следует сделать. Должна ли быть какая-то реакция на мое расследование.

Я выдохнул. Потом, когда мы ехали задерживать висячных злодеев, всей вины которых хватит максимум на небольшой штраф, я сказал ей:

- Не обижайся на него. Стас...он типа...как местный Мойдодыр. Только без мочалок, если не считать тебя и Зимину.

Я думал, она хотя бы улыбнется, но этого не произошло.

- Глядя на него, я думаю, как жаль, что фразу «Где, бл*дь, мои деньги?!» сделал культовой Тони Сопрано.

- Чего? – не понял я.

- Но в одном он прав, - продолжала Даша, разговаривая сама с собой. - Лучше любить и потерять, когда знаешь, кому за это врезать.

Остаток пути мы провели в полном молчании.

Tbc.
запись создана: 20.09.2010 в 00:44

@темы: фик, кроссовер, Карпов, Глухарев, Антошин

Комментарии
2010-09-20 в 01:06 

человек-фонарик ©
Как это... соционично! :lol2: и вообще шикарно. я продек хочу :shuffle2:

2010-09-20 в 01:19 

Смелым помогают и Венера, и счастливый случай©
[AtraNotte]

спс))
во-первых не забудь вступить во-вторых тебе уже пора тоже что-нибудь родить соционичное :D скока серий уже осилила.

2010-09-20 в 01:41 

человек-фонарик ©
ну, я думала об этом )) мабуть запишу

2010-09-20 в 23:23 

человек-фонарик ©
ааааааааааа галяяяяя что ты творишь галяяя :kapit: блин, за скульптуру отдельное спасибо :lol: маленькая волна :gigi:

З.Ы. сделать коленьку и дарью друзьями детства было жестоко :gigi:

З.З.Ы. – Забудь об этом, – Черенков загадочно улыбнулся, прищурился и откинулся на спинку стула, глядя на меня, как на ничтожество.
Да ладно, не смотрит он, как на ничтожество )) он смотрит, как будто знает больше твоего, но это не одно и то же ))
Кстати, благодаря Черенку я перетипировала нашего Макса из лабы в Габены :gigi: Неловко вышло. Просто профиль у него в контакте был больно бетанский и интересы. Но по характеру, по морде лица, по манере - реально Габ. И ленивый жутко, и обожает пить чай с шоколадкой вместо работы )) Такой он в духе "жизнь хороша, если пьешь не спеша", не знаю, как я так лоханулась ))

2010-09-20 в 23:26 

человек-фонарик ©
И да, меня до сих пор дико злит, как Карпов поступил с Юрочкой. Сам же виноват, себя бы и бил по роже. Нельзя Юрку обижать :small: Только не его.

2010-09-25 в 14:51 

Смелым помогают и Венера, и счастливый случай©
Да ладно, не смотрит он, как на ничтожество ))

в хорошем смысле. антошин же под ревизией. как на ничтожество - это значит что ты несчастный человек потому что ты не габ)

2011-01-05 в 21:36 

Why are so few of us left active, healthy, and without personality disorders?
Кстати, не хочешь этот фик в сообществе по Дарье выложить?

2011-01-11 в 19:58 

Смелым помогают и Венера, и счастливый случай©
rude_and_not_ginger

можно только я его не дописала опять :alles: хотя еще не все потеряно))

2011-01-11 в 20:23 

paraguay_guarani
Why are so few of us left active, healthy, and without personality disorders?
vmesto.imeni вдруг еще... как-нить. Да и без окончания фик же доставляет)

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

в угол себя поставь

главная